unkmo.org.ua

Налоговые инспекции жестко следят за выполнением требований о представлении документов. Если фирма задержала ответ на один день, ИФНС может не просто взыскать штраф за нарушение закона. Порой организации лишаются вычетов по НДС или возможности распоряжаться средствами на счете.

Елена МаляренкоЧтение закона сквозь пальцы

В редакцию журнала «Московский бухгалтер» обратился директор аудиторской компании «Академия аудита» Александр Елин. Он рассказал про любопытный случай, с которым столкнулся по работе. Налоговая инспекция заблокировала расчетный счет одной из столичных организаций. Когда бухгалтер фирмы попытался выяснить в ИФНС причину приостановки операций, ему сообщили, что отчетность за 2005 год была сдана не полностью. Отсутствовало аудиторское заключение. Дело в том, что у компании в тот период объем выручки превысил 50 млн рублей, поясняет специалист:

– В этом случае организация должна была пройти обязательную аудиторскую проверку (ст. 7 закона от 7 августа 2001 г. № 119-ФЗ). Фирма совершила ошибку, полагая, что она как субъект малого бизнеса освобождена от обязательного аудита. Это заблуждение. Даже предприниматели обязаны проходить такую процедуру. При этом важно отметить, что только лицензированные компании могут проводить аудит.

Таким образом, инспекторы, требуя дополнительные документы к бухгалтерскому отчету, оказались правы. Однако арестовывать счет фирме на этих основаниях нельзя, говорит Александр Елин:

– Законодательство четко прописывает, в каких случаях инспекция вправе приостанавливать операции на расчетном счете. А именно: если обнаружена недоимка или организация не представила налоговую декларацию в течение 10 дней. О бухгалтерской отчетности в статье речи не идет (ст. 76 НК). Тем не менее и ее нужно сдавать в полном объеме (подп. 6 п. 1 ст. 23 НК).

Когда фирма попала под обязательный аудит, она должна представить инспекторам бухгалтерский баланс, отчет о прибылях (убытках) и дополнительные формы (отчет о движении капитала, о движении денежных средств, пояснительную записку и форму № 5). Не подавать данные по ним предприятие может лишь при отсутствии операций, отражаемых в документах (приказ Минфина от 22 июля 2003 г. № 67н).

Непредставление документов считается нарушением законодательства, и предприятию грозит ответственность. За каждый отсутствующий бланк компания должна заплатить 50 рублей (п. 1 ст. 126 НК). Руководителя и главбуха могут оштрафовать на сумму от 300 до 500 рублей (п. 1 ст. 15.6 КоАП). Если инспекция сочтет, что были нарушены правила ведения бухгалтерского учета и представления отчетности, бухгалтеру придется заплатить от 2 до 3 тысяч рублей (ст. 15.11 КоАП), замечает аудитор:

– Но такое требование налоговиков можно оспорить. Потому что данная статья применяется, только если действия руководства привели к искажению данных отчетности более чем на 10 процентов.

Проверяйте почту ежедневно

Другой московской компании ИФНС заблокировала счет, так как она не представила документы по встречной проверке. Требование ведомства до бухгалтера не дошло, поскольку организация снимает помещение под офис и всю корреспонденцию получает от арендодателя. Последний постоянно задерживает передачу писем, рассказала бухгалтер:

– Слышала, что если в уведомлении о вручении требования расписался не представитель организации, то фирма может не подавать документы.

Я же отвожу их лично, чтобы не задержали наш ответ на почте.

В результате компания стала разбираться с налоговиками напрямую. Инспекторы обещали выяснить ситуацию и снять арест со счета. Также в ИФНС сообщили, что с 1 января они могут применять статью 76 Налогового кодекса за непредставление документов по встречной проверке.

По словам юриста по налоговым вопросам Московской коллегии адвокатов «Легис Групп» Федора Франка, инспекция вправе приостанавливать операции по счетам налогоплательщиков (подп. 5 п. 1 ст. 31 НК). Однако действия ИФНС в приведенном случае незаконны, так как непредставление документов по встречной проверке не предусмотрено Налоговым кодексом в качестве основания для приостановления операций по счету. Фирма может обжаловать действия инспекторов в вышестоящей инстанции или суде (ст. 138 НК).

Следует заметить, что с 1 января ведомство вообще не может проводить встречную проверку. В кодексе остались лишь камеральная и выездная (ст. 87 НК). Но право ИФНС на запрос документов сохранилось. Полномочия налоговиков даже расширены, поскольку истребовать документы у фирмы стало возможным как в течение контрольного мероприятия, так и после него. Если одна из инспекций проводит проверку, ведомство направляет компании, у которой нужно получить информацию, требование. Фирма должна представить документы или сообщить об отсутствии запрашиваемой информации. Когда организация не может дать ответ в установленные законом 5 дней, по ее просьбе инспекция может увеличить время (п. 5 ст. 93.1 НК). Если фирма нарушила порядок и не дала ответа ИФНС, она должна заплатить штраф – 1000 рублей. За повторное неподчинение отдать придется уже 5 тысяч рублей (ст. 129.1 НК).

Нет извещения – нет вычета

Переезд может стать камнем преткновения при получении вычета по НДС. Компания поменяла адрес. На новое место она еще не въехала, но старое помещение уже освободила. В это время инспекция направила ей требование представить документы, подтверждающие право на возврат средств. Однако извещение потерялось. Налоговики посчитали, что фирма проигнорировала их запрос, и отказали в вычете. Теперь доказать свою правоту организация может только в судебном порядке.

Похожая ситуация произошла в другой компании. Уже после проведения камеральной проверки, задним числом ИФНС отправила требование о представлении дополнительных документов, подтверждающих вычет по НДС. Следом фирма получила решение о привлечении к ответственности за непредставление бумаг. Предприятие обратилось в суд. Свою правоту организация смогла доказать, ссылаясь на то, что закон не предусматривает обязанности подавать иные, кроме налоговой декларации, документы. За их непредставление установлена отдельная норма наказания (ст. 126 НК), а отказ в вычете не предусмотрен. Следовательно, требования налоговиков не обоснованы.

Инспекция имеет право при проведении камеральной проверки истребовать документы, подтверждающие правильность применения налогового вычета (п. 8 ст. 88 НК). Следовательно, она наделена полномочиями решать: отказать или разрешить возврат средств, говорит Федор Франк:

– Если требование не было получено организацией по уважительным причинам, само по себе непредставление документов не может быть основанием для отказа в вычете.

По словам председателя коллегии адвокатов «Минеев, Фроленко и партнеры» Александра Фроленко, в своих решениях судьи все чаще опираются не на закон, а на существующую практику разбирательств:

– Почему сегодня суд занялся нормотворчеством? Потому что возникает много пробелов. Компании обязаны действовать в рамках закона, но зачастую стоят перед выбором: опираться на положения Налогового кодекса или требования налоговиков. Нужно четко прописать нормы. Сейчас же они постоянно меняются. Например, 165 статья Налогового кодекса определяет четкий перечень документов, которые нужно подать инспектору для получения вычета по НДС при экспорте товара. Организация представляет полный пакет бумаг, а ИФНС отказывает в возмещении, ссылаясь на недобросовестность ее поставщика.

Фирмы сталкиваются с такими трудностями, поскольку в законе нет нормы, которая бы устанавливала ответственность компании за действия ее партнеров. Получается, что законодательно закреплено одно, а на практике – совершенно иное.

Избежать уплаты НДС не удастся?

Как известно, реализация на российской территории важнейшей и жизненно необходимой медицинской техники отечественного и зарубежного производства не облагается НДС (подп. 1 п. 2 ст. 149 Налогового кодекса РФ). Но только если эта техника значится в Перечне, утвержденном постановлением Правительства РФ от 17 января 2002 г. № 19 (далее – Перечень).

В пункте 17 указанного Перечня перечислено оборудование санитарно-гигиеническое, средства перемещения и перевозки с кодом ОКП (Общероссийский классификатор продукции) 94 5100. Под кодами, относящимися к данной группе (94 5110, 94 5120, 94 5130, 94 5140), указано санитарно-гигиеническое оборудование, а под кодом 94 5150 – средства перемещения и перевозки (носилки, тележки и др.).

При этом в примечании 2 Перечня сказано, что коды ОКП, приведенные в Перечне, должны соответствовать тем кодам, которые указаны в государственном стандарте, отраслевом стандарте, техническом условии.

Напомним, что требования на автомобили скорой медицинской помощи установлены национальным стандартом РФ ГОСТ Р 52567-2006 «Автомобили скорой медицинской помощи. Технические требования и методы испытания». В нем указан код ОКП 45 1785 (автобусы санитарные).

Получается, что специализированные автомобили медицинского назначения не могут быть отнесены к продукции с кодами ОКП 94 5100. А присвоение одновременно двух кодов ОКП не предусмотрено.

Это подтверждают и суды (см., например, постановление ФАС Уральского округа от 12 ноября 2004 г. № Ф09-4825/04-АК). Аналогичная позиция высказана и в письме ФНС России от 25 апреля 2007 г. № ШТ-6-03/349@*.

В то же время другой арбитражный суд признал, что автомобили «скорой помощи» конкретного производителя (ООО «Берегиня Люкс») относятся к важнейшей и жизненно необходимой медицинской технике. Ведь они сертифицированы с присвоением кода ОКП 94 5100. А значит, их реализация не должна облагаться НДС (постановление ФАС Поволжского округа от 22 июня 2006 г. № А72-651/06-16/38).

Платим транспортный налог

Пунктом 2 статьи 358 Налогового кодекса РФ установлен исчерпывающий перечень транспортных средств, которые не являются объектом обложения по транспортному налогу. Машины «скорой помощи» в него не включены и поэтому подлежат обложению транспортным налогом в общем порядке.

Между инспекторами и организациями зачастую возникают споры об отнесении машин «скорой помощи» к легковым либо грузовым автомобилям, либо к автобусам для целей уплаты транспортного налога.

К какой же группе отнести специальный транспорт медицинского назначения? Обратимся к пункту 16 Методических рекомендаций по применению главы 28 «Транспортный налог» (утверждены приказом МНС России от 9 апреля 2003 г. № БГ-3-21/177). В нем указано следующее.

При определении видов автомототранспортных средств и отнесении их к категории грузовых или легковых автомобилей следует руководствоваться:

– Общероссийским классификатором основных фондов (ОКОФ), утвержденным постановлением Госкомстата России от 26 декабря 1994 г. № 359;

– Конвенцией о дорожном движении (Вена, 8 ноября 1968 г.), ратифицированной указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 апреля 1974 г. № 5938-VIII.

Заметим, что суды классифицируют машины «скорой помощи» как легковые автомобили, основываясь на ОКОФ, типе (категории) транспортного средства, указанном в регистрационных документах, и его фактическом использовании. Такие выводы, например, содержатся в постановлениях ФАС Центрального округа от 16 марта 2007 г. № А09-5517/06-29 и ФАС Западно-Сибирского округа от 10 января 2007 г. № Ф04-2399/2006 (29657-А75-37).

Амортизационная группа по налогу на прибыль

Классификация основных средств, включаемых в амортизационные группы, утверждена постановлением Правительства РФ от 1 января 2002 г. № 1. В соответствии с нею автомобили-фургоны медицинской службы и для перевозки медикаментов (код ОКОФ 15 3410346) отнесены в пятую амортизационную группу. Срок полезного использования составляет от 7 лет и 1 месяца до 10 лет включительно.

А вот автомобили легковые специальные (санитарные) для медицинской помощи на дому (код ОКОФ 15 3410166) отнесены в третью амортизационную группу со сроком полезного использования от 3 лет и 1 месяца до 5 лет включительно.

Согласно пункту 9 статьи 259 Налогового кодекса РФ, по легковым автомобилям и пассажирским микроавтобусам, имеющим соответственно первоначальную стоимость более 300 тыс. руб. и 400 тыс. руб., основная норма амортизации применяется со специальным коэффициентом 0,5. Однако, по мнению Минфина России, изложенному в письме от 8 июня 2006 г. № 03-03-04/2/161, в отношении автомобилей-фургонов медицинской службы и для перевозки медикаментов коэффициент 0,5 не применяется. Ведь данные автомобили не относятся по ОКОФ ни к легковым автомобилям, ни к микроавтобусам.

Что с налогом на имущество?

Движимое имущество российских организаций облагают налогом на имущество. Таково требование пункта 1 статьи 374 Налогового кодекса РФ. А налоговые льготы по данному налогу установлены в статье 381 главного налогового документа. В настоящее время федеральным законодательством в отношении автомобилей «скорой помощи» таких налоговых привилегий не установлено. Однако не стоит забывать, что указанные льготы могут быть предусмотрены региональным законодательством. Об этом сказано в пункте 2 статьи 372 Налогового кодекса РФ.

Если компания находится на «упрощенке» с объектом налогообложения «доходы» и является учредителем (акционером) другой компании на обычной системе налогообложения, у нее есть возможность сэкономить на налоге с дивидендов.

По общему правилу при перечислении дивидендов выплачивающая их компания должна удержать налог на прибыль по ставке 9 процентов (п. 2 ст. 275, подп. 1 п. 3 ст. 284 НК РФ). Но если получатель дивидендов уведомит выплачивающую сторону о том, что он применяет упрощенную систему налогообложения, последняя может не удерживать налог. В этом случае получатель дивидендов заплатит с них налог самостоятельно - по ставке 6 процентов (п. 1 ст. 346.20 НК РФ). Такая возможность прямо следует из писем Минфина России от 13.04.05 № 03-03-02-04/1/97, от 20.12.04 № 03-03-01-04/1/182.

Но надо предупредить: экономия возможна только до 2008 года. Со следующего года начнет действовать новая редакция статьи 346.15 НК РФ (ее последний абзац), из которой следует, что получатель дивидендов не сможет заплатить налог самостоятельно. Новая формулировка звучит так: «Не учитываются в составе доходов доходы в виде полученных дивидендов, налогообложение которых осуществляется налоговым агентом в соответствии с положениями статей 214 и 275 настоящего кодекса». Поэтому, чтобы успеть сэкономить, лучше заплатить дивиденды (например, промежуточные) в этом году.

В письме от 24 августа 2007 г. N 03-04-05-01/281 Минфин обосновал необходимость уплаты налогов с отчуждаемого имущества. Ведомство Алексея Кудрина считает, что налог нужно заплатить и в случае, когда имущество у собственника забирают помимо его (собственника) воли. В рассмотренной ситуации речь шла о сносе гаража и выплате собственнику гаража некоторой выкупной цены взамен уничтоженного имущества. Аналогичный вопрос возникает при появлении у органа власти желания снести дом, чтобы на этом же месте что-либо построить: жильцам сносимого дома предоставляются квартиры в новом доме взамен изъятых. И здесь тоже можно разглядеть основания для взыскания налога.

Вывод, сделанный фискальными чиновниками в письме N 03-04-05-01/281, вполне ожидаем, а потому удивления не вызывает. Интересна логика, руководствуясь которой, чиновники получили требуемый вывод.

Сначала письмо констатирует, что нормы гражданского законодательства позволяют в определенных случаях изымать у собственников имущество при условии выплаты за изъятое имущество выкупной цены. Непосредственно за перечислением норм Гражданского кодекса РФ следует изящный пассаж: “Таким образом, выкупная цена, уплачиваемая в рамках соглашения о выкупе с собственником имущества, является доходом налогоплательщика от продажи имущества”. Каким именно “таким” образом нормы ГК РФ позволяют квалифицировать выкупную цену изъятого имущества в качестве дохода в целях налогового законодательства, авторы письма пояснить не удосужились. А как раз данный момент является принципиальным. Последующий текст письма касается случаев исчисления налогов при продаже имущества. Здесь минфин не сообщил ничего нового: при продаже имущества налог платить надо, поскольку продажа влечет появление дохода. Вот только совершенно не факт, что насильственное изъятие имущества у лица, не имеющего ни малейшего желания продавать это имущество, следует трактовать как продажу!

Минфин почему-то совершенно игнорирует тот факт, что принудительный выкуп, производимый третьим лицом в собственных целях, и купля-продажа, основывающаяся на самостоятельном решении собственника реализовать имущество, регулируются разными статьями ГК РФ. Налоговый кодекс требует исчислить налог только при продаже имущества. Необходимости что-либо заплатить государству в случае, когда само государство изымает имущество собственника, НК РФ не предполагает.

Пытаясь “подтянуть” принудительный выкуп под добровольную продажу, сотрудники минфина оговаривают и право налогоплательщика получить имущественный вычет. Дескать, если гараж находился у собственника три года и более, то при изъятии такого гаража собственник получает имущественный вычет в размере всей суммы дохода, а потому налог не платит. Но это хорошо, если три года. А если меньше? Здесь опять обнаруживается принципиальное отличие выкупа от продажи.

Если человек владеет гаражом два года и десять месяцев, то при возникновении мысли о продаже гаража у человека появляется выбор: продать гараж прямо сейчас, получив право на частичный вычет (125 тысяч рублей), либо продать гараж через два месяца и освободить от налогообложения всю полученную сумму. А вот если гараж изымает государство, то никакого выбора у человека уже нет: никто даже не поинтересуется, согласен собственник отдать гараж сегодня же или пару месяцев надо подождать. Государство действует исходя исключительно из своих интересов.

Поэтому попытка “к штыку приравнять перо”, т.е. объявить принудительное изъятие добровольной продажей, не только не имеет гражданско-правовых оснований, но и влечет для собственника неблагоприятные налоговые последствия, которых он не в состоянии избежать. Следовательно, если фискальные органы перейдут от общих рассуждений к попыткам взыскать налог с граждан, у которых была изъята недвижимость, гражданам нужно будет защищать свои права и законные интересы в суде.

Ответ: Вашей компании был нанесен ущерб при краже приобретенного товара. Из содержания вопроса очевидно, что вина за это деяние признана транспортной компанией в добровольном или судебном порядке. В бухгалтерском учете Вашей компании должна быть показана задолженность виновника за причиненный ущерб. Выполняя свои обязательства по возмещению причиненного Вашей компании ущерба, эти обязательства погашаются.

Таким образом, база для исчисления налога на прибыль отсутствует.

Следует отметить, что ответ подготовлен без учета анализа первичных документов по этой сделке. В следствие чего могут возникнуть дополнительные обстоятельства.

Уже более года постановлением правительства РФ от 11.05.2006 N 283 введен новый порядок ведения журнала учета полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж при расчетах по налогу на добавленную стоимость. При внесении изменений в книгу покупок или книгу продаж плательщики НДС обязаны оформлять дополнительные листы.

Практическое применение новых положений выявило ряд проблемных моментов, одним из которых стал порядок заполнения дополнительных листов книги покупок при внесении исправлений в счет-фактуру, приводящих к уменьшению размера предъявленного покупателю налога.

Согласно абз. 2 п. 7 Правил “при необходимости внесения изменений в книгу покупок запись об аннулировании счета-фактуры производится в дополнительном листе книги покупок за налоговый период, в котором был зарегистрирован счет-фактура до внесения в него исправлений”.

Показатели итоговой строки, используемые для внесения изменений в налоговую декларацию при обнаружении в текущем налоговом периоде ошибок, относящихся к прошлым налоговым периодам, в соответствии с порядком, изложенным в приложении 4 Правил, заполняются следующим образом: “из показателей по строке “Итого” [прим.: итоговые показатели книги за период, когда счет-фактура был первоначально зарегистрирован] вычитаются показатели подлежащих аннулированию записей по счетам-фактурам”.

Буквальное следование изложенному порядку приводит к тому, что показатели счета-фактуры из книги продаж периода регистрации исключаются в полном объеме, а не только в части внесенных продавцом изменений.

В профессиональной прессе было высказано мнение, что новый порядок нормативно закрепил позицию ФНС России, согласно которой вычет “входного” НДС в случае исправления в счете-фактуре ошибок (нарушений) и соответственно регистрация в книге покупок счетов-фактур с исправлениями производится в том налоговом периоде, в котором получен исправленный счет-фактура (письма ФНС России от 06.09.2006 N ММ-6-03/896@, от 19.10.2005 N ММ-6-03/886@). Позиция специалистов основана на том, что с учетом новой редакции Правил показатели исправленных счетов-фактур “технически” могут быть отражены в книге покупок только в периоде получения счетов-фактур в исправленном виде. Эта позиция нашла отражение в письме ФНС России от 06.09.2006 N ММ-6-03/896@ “О порядке внесения изменений в книгу покупок и книгу продаж”.

По мнению автора, абз. 2 п. 7 Правил не может быть истолкован как нормативный запрет на применение налогового вычета в полной сумме, отраженной в исправленном счете-фактуре. И хотя в Приложении 4 Правил при изложении порядка заполнения дополнительных листов книги покупок приведен только алгоритм “аннулирования” (вычитание показателей счетов-фактур, по которым налог ранее был принят к вычету), заполнение дополнительных листов должно осуществляться согласно нормам Налогового кодекса РФ во взаимосвязи с иными положениями Правил, которыми наряду с обязанностью по “аннулированию” установлено требование о регистрации полученных счетов-фактур по мере возникновения права на налоговый вычет (п. 8 Правил). Момент возникновения такого права регулируется Налоговым кодексом РФ.

Напомним, что при рассмотрении спора, возникшего из-за невыполнения налогоплательщиком положений Правил, противоречащих положениям Налогового кодекса РФ, Президиум Высшего арбитражного суда РФ в постановлении от 24 июля 2007 N 2345/07 указал: “пункт 8 Правил <…>, в той мере, в которой он препятствовал регистрации в книге покупок счетов-фактур до их оплаты, без чего нельзя предъявить к вычету налог по этим счетам-фактурам, не подлежал применению с 01.01.2006. <…> довод <…> об отсутствии у общества права на вычет по неоплаченному счету-фактуре в связи с его регистрацией в книге покупок в нарушение Правил не соответствует действовавшей на тот момент редакции Кодекса”. Аналогичные выводы содержатся в Определении ВАС РФ от 23 апреля 2007 г. N2345/07. Таким образом, при выявлении противоречий между порядком, установленным Правилами, и положениями Налогового кодекса РФ, следует руководствоваться федеральным законом.

Таким образом, Правилами предусмотрено как исключение показателей, так и регистрация счетов-фактур в периоде, когда имеется право на налоговый вычет. Из этого следует, что “аннулирование”, которое имело бы следствием отсутствие в книге покупок за соответствующий период записи показателей исправленного счета-фактуры, по которому в этот период имеется право на вычет, являлось бы нарушением Правил.

Дополнительные листы книги покупок являются ее неотъемлемой частью, и иного порядка внесения изменений в книгу, кроме как путем оформления дополнительных листов, Правила не содержат. В письме Минфина России от 01.11.2006 N 03-04-10/18 предложен следующий порядок заполнения дополнительного листа книги покупок:

1) в дополнительном листе книги покупок за налоговый период, в котором зарегистрированы счета-фактуры, следует произвести запись об их аннулировании;

2) зарегистрировать исправленные счета-фактуры в размере суммы, на которую сохраняется право на вычет;

3) в строке “Всего” подвести итоги (из строки “Итого” вычитаются показатели подлежащих аннулированию записей по счетам-фактурам, к полученному результату прибавляются показатели зарегистрированных счетов-фактур).

Такой порядок заполнения позволяет прийти к корректному варианту исчисления итоговой суммы путем прибавления при расчете показателя строки “Всего” показателей исправленного счета-фактуры, который Минфин России рекомендует зарегистрировать в книге покупок. Под “регистрацией”, по мнению автора, следует понимать занесение показателей исправленного счета-фактуры в дополнительный лист книги покупок.

Формально Правилами не предусмотрено использование дополнительных листов книги покупок для включения в нее (регистрации) счетов-фактур, и вариант заполнения строки “Всего” дополнительного листа путем прибавления показателей также прямо не закреплен. Однако поскольку иной порядок внесения изменений, отличный от оформления дополнительных листов, в том числе, когда счет-фактура ошибочно не был зарегистрирован, не установлен, следует признать, что в дополнительном листе книги, в том налоговом периоде, когда возникает право на вычет, могут быть зарегистрированы исправленные счета-фактуры.

Статья 169 Налогового кодекса РФ не исключает право покупателя на применение налоговых вычетов на основании счетов-фактур, в которые внесены исправления. Пункт 29 Правил устанавливает, что налогоплательщик имеет право вносить в счета-фактуры исправления, которые должны быть заверены подписью руководителя и печатью продавца с указанием даты внесения исправления.

Формальное отсутствие детализированного порядка заполнения книги покупок при наличии у налогоплательщика права на вычет, нормативно обусловленного фактом регистрации счета-фактуры, не может служить препятствием для реализации им законных прав на уменьшение налоговых обязательств на сумму вычета. Иное привело бы к нарушению положений ст. 57 Конституции РФ, ст. 81; 171-172 Налогового кодекса РФ.

ФНС России в письме от 06.09.2006 N ММ-6-03/896@, проанализировав ситуацию с обнаружением налогоплательщиком-покупателем в текущем налоговом периоде факта отсутствия регистрации в книгах покупок счетов-фактур, полученных в истекших периодах, рекомендовала отразить изменения в дополнительном листе книги покупок за тот налоговый период, в котором должны были зарегистрироваться такие счета-фактуры. После внесения соответствующих записей к итоговым показателям дополнительного листа книги покупок, по мнению ФНС России, “следует прибавить показатели зарегистрированных в нем счетов-фактур”.

Таким образом, при необходимости внесения исправлений в книгу покупок оформляется дополнительный лист книги покупок за тот период, в котором зарегистрирован счет-фактура до внесения в него изменений. Показатели неисправленного счета-фактуры, перенесенные в дополнительный лист, вычитаются из итоговых показателей книги покупок.

Далее налогоплательщик должен определить период, в котором им соблюдены условия ст. 172 Налогового кодекса РФ для принятия суммы налога, предъявленного поставщиком на основании исправленного счета-фактуры, к вычету. При условии, что данный период совпадает с периодом первоначальной регистрации счета-фактуры в книге покупок, дополнительно к “аннулирующей” записи показателей неисправленного счета-фактуры в лист заносится запись показателей счета-фактуры в исправленном варианте. Показатели исправленного счета-фактуры суммируются с результатом, полученным путем вычитания из строки “Итого” показателей счета-фактуры до его исправления.

В результате строка “Всего” дополнительного листа книги покупок содержит корректный показатель общей суммы налоговых вычетов за соответствующий налоговый период. Если право на вычет должно быть заявлено в иной налоговый период, показатели исправленного счета-фактуры соответственно вносятся в дополнительный лист книги покупок за тот период.

Над аудиторской компанией PricewaterhouseCoopers (PwC) второй раз за полгода нависла угроза лишения лицензии. Арбитражный суд Москвы выдал полный текст решения по налоговому делу компании. В нем учтены все аргументы налоговиков, включая заявление о нарушении аудитором условий лицензирования. Выводы суда оказались не менее жесткими, чем в решении о незаконности аудита ЮКОСа, вынесенном тем же судом 20 марта.

В распоряжении Ъ оказался полный текст решения арбитражного суда Москвы, резолютивная часть которого была объявлена 27 сентября (см. Ъ от 28 сентября). Суд признал законными около 390 млн руб. налоговых претензий к ЗАО “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” за 2002 год. По мнению налоговиков, компания занизила налоговую базу на сумму свыше 500 млн руб. за счет оплаты услуг представительству голландской компании PricewaterhouseCoopers Resourses B.V. (сейчас — PricewaterhouseCoopers Russia B.V.) в Москве. В прошлом году компания уже проиграла это дело, не доказав сам факт оказания услуг иностранными специалистами, но 10 июля президиум Высшего арбитражного суда направил дело на новое рассмотрение. Однако и теперь, как следует из решения, суд не удовлетворили документы, представленные “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” и представительством PricewaterhouseCoopers Russia B.V. В отчетах, в частности, указывалось, что специалисты занимались “мозговым штурмом с клиентом”, “общими вопросами”, “деловой активностью”.

“Суду не представлены письма и другие документы, подтверждающие, какие услуги запрашивались заявителем (ЗАО ‘ПрайсвотерхаусКуперс Аудит’.– Ъ), необходимость этих услуг в том объеме, который нужен для клиентов заявителя”,– говорится в решении. В связи с этим, делает вывод суд, “невозможно установить, оправданно ли привлечение такого количества специалистов и разумность оплаты, произведенной заявителем за услуги”. Суд признал, что “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” получала необоснованную налоговую выгоду: перечисленные деньги шли на зарплату работникам представительства PricewaterhouseCoopers Russia B.V., в результате налог на прибыль и ЕСН с этих сумм не уплачивались. При этом суд счел достаточными доказательства, представленные налоговиками. “К сожалению, решение свидетельствует о том, что ни один из наших доводов не был услышан или учтен судом”,– сообщили Ъ в пресс-службе “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит”.

Главной проблемой для компании могут стать выводы суда не по налоговой выгоде, а по несоблюдению условий лицензирования. Чтобы доказать обоснованность расходов, “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” заявила в суде, что “иностранные специалисты оказывали консультационные услуги путем участия в аудиторских проверках, проводимых заявителем”. Суд оценил этот довод по-своему: “Если в аудиторских проверках, проводимых ЗАО ‘ПрайсвотерхаусКуперс Аудит’, участвовали сотрудники другого юридического лица, PricewaterhouseCoopers Russia B.V., имеет место нарушение п. 1 ст. 7 закона ‘О лицензировании отдельных видов деятельности’”. Суд пояснил, что оказывать аудиторские услуги имела право только сама “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит”, а передача клиентов представительству голландской фирмы, не имеющему лицензии в России, незаконна. И это не позволяло уменьшать налоговую базу на расходы, понесенные при такой деятельности.

В “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” эти обвинения отрицают. В пресс-службе заявили, что компания “не передавала свои права и обязанности по выполнению договоров на аудит перед клиентами никакой другой организации”. Ранее в компании заявляли о намерении обжаловать решение суда.

Решение, если оно вступит в силу, может послужить Минфину основанием для отзыва у компании лицензии. Минфину сложно будет игнорировать факты, установленные решением суда. Кроме того,  выводы суда могут использовать налоговики, которые вправе подать в суд иск о ликвидации компании за нарушения законодательства.

В решении суд учел даже то, что летом “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” отозвала аудиторские заключения по ЮКОСу. Этот факт, по мнению суда, обосновывает предположения налоговиков о том, что “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” консультировала по схемам уклонения от уплаты налогов не только ЮКОС, но и других клиентов. Этим налоговики объясняли, почему аудиторская компания так и не раскрыла сути услуг, оказанных клиентам.

Ранее крайне жесткое решение в отношении “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” арбитражный суд Москвы вынес 20 марта, признав недействительными договоры об аудите ЮКОСа за 2002-2004 годы. В решении были выводы о нарушении аудитором профессиональных стандартов и содействии ЮКОСу в уклонении от уплаты налогов. Однако 19 апреля Минфин продлил аудиторской компании лицензию на пять лет, а решение суда до сих пор не вступило в силу - рассмотрение апелляционной жалобы “ПрайсвотерхаусКуперс Аудит” назначено на 8 октября.

В Федеральной налоговой службе от комментариев отказались.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 162 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база по налогу на добавленную стоимость определяется с учетом сумм авансовых и иных платежей, полученных в счет предстоящих поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.Cтоимость полученных ценных бумаг (например, акций) в счет
предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг),
налоговую базу по налогу не увеличивает. Однако, если до поставки
товаров (выполнения работ, оказания услуг) по указанным ценным
бумагам получены денежные средства, то они увеличивают
налогооблагаемую базу того периода, в котором эти денежные средства
получены.

Когда фискальные органы через суд взыскивают в бюджет налоговые долги с бюджетной организации и при этом заявляют, что они не должны платить судебную госпошлину в бюджет, потому что защищают интересы бюджета, ситуация напоминает театр абсурда.

В постановлении ФАС Северо-Западного округа от 20.08.2007 N А05-2397/2007 рассмотрена жалоба налоговой инспекции (ИФНС) на то, что с нее несправедливо взыскали судебную госпошлину. В этом процессе оппонентом налогового органа-истца была войсковая часть, которая недоплатила в бюджет налоги, за что ей при проверке помимо недоимки были начислены штрафы и пени. При рассмотрении дела выяснилось, что к моменту подачи ИФНС иска в суд часть доначислений вышестоящее управление ФНС уже уменьшило, а часть долгов военные сами погасили в добровольном порядке. Суд первой инстанции скостил военным еще немного штрафа и насчитал им госпошлину к уплате. Но и налоговикам за их ошибки досталось “на орехи”. С ИФНС взыскали в доход федерального бюджета сумму госпошлины пропорционально размеру необоснованно заявленных требований, которые суд отказался признавать “защитой государственных интересов”. В данном случае окружной суд отменил взыскание госпошлины с налоговиков. Он воспользовался нехитрым алгоритмом, предложенным в п. 3 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.03.2007 N 117: налоговики должны платить судебную госпошлину, если они выступают в роли процессуального ответчика, и не должны платить, если выступают в роли истца.

Не разбираясь в налоговых перипетиях этого дела, хотелось бы обратить внимание на общий аспект втягивания бюджетников в процесс налогового администрирования. Общеизвестно, что российское налогообложение - это лабиринт с полчищами минотавров. В Налоговом кодексе есть масса нестыковок и “пятистопных” формулировок, заканчивая читать которые успеваешь забыть, с чего они начинались. Избежать в налоговых расчетах ошибок, чреватых штрафами и пенями, чрезвычайно сложно. Взять, к примеру, правила исчисления НДС при взаимозачете, бартере или при использовании в расчетах ценных бумаг. По мнению Минфина, с 2007 года стороны такой сделки должны зачем-то перечислить друг другу одинаковые суммы налога. Для этой бессмысленной операции специалисты уже и термин придумали -”обменяться НДС”. Впрочем, для нашего законодателя подобный абсурд не в новинку, так как налогообложение бюджетников во многом на него похоже. Ведь в сметы финансирования бюджетных учреждений закладываются налоги, которые они должны “вернуть” бюджету.

Поскольку у налоговиков действует плановое хозяйство, то, скорее всего, среднестатистические суммы штрафов и пеней в планы сборов тоже закладываются. Это будущие доходы бюджета наряду с налогами и сборами. Для бюджетников эти суммы одновременно нужно заранее предусмотреть и в расходной части бюджета. Ну и, конечно же, весь этот “обмен налогами” (с неизбежными ошибками и накладками) нужно администрировать. То есть нужно профинансировать дополнительные усилия органов власти на разработку порядка “обмена”, его разъяснение и внедрение на практике. Больше денег требуется на оплату дополнительных трудозатрат многочисленных бюджетных организаций, контролирующих органов, а также судов, которые во все эти “обменные” разборки непременно будут втянуты. Об остальном аппарате, обслуживающем администрирование “обмена” (банках, программистах, юристах, консультантах и т.п.), а также о материальных затратах (например, на ту же финскую бумагу для реестров, уведомлений, платежек, отчетов, налоговых деклараций) мы уж не говорим.

Цифры (очищенного от дополнительных расходов) “обмена налогами” можно посмотреть в бюджетном законодательстве. Так, например, согласно статье 89 Закона “О федеральном бюджете на 2007 год” в составе расходов федерального бюджета по подразделу “Другие общегосударственные вопросы” должны быть зарезервированы средства на уплату налога на имущество и земельного налога федеральными органами государственной власти и учреждениями, находящимися в их ведении, а также организациями, участвующими в мобилизационной подготовке экономики. Объем резерва составляет 27 100 000 тысяч рублей.

Региональный налог на имущество и местный земельный налог в федеральную казну не поступают. Другие налоги, возмещаемые бюджетополучателям (в том числе предприятиям ЖКХ) из местных бюджетов, напротив, перечисляются в федеральный бюджет. Таким образом, руками бюджетников-налогоплательщиков производится перекрестный межбюджетный “обмен налогами” с некоторым расчетом на федеральные и региональные налоговые льготы. Но поскольку при таком межбюджетном финансировании в качестве “третьего лишнего” участвуют фискальные органы, то иногда получаются накладки. Так, например, суд поддержал решение ИФНС о взыскании с бюджетного учреждения недоимки по земельному налогу, пени и штрафов за неуплату налога и непредставление по нему налоговых деклараций. Довод о том, что учреждение не имело финансовых возможностей оплатить процедуру оформления документов, подтверждающих право на земельный участок, судом отклонен как неуважительный (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 13.01.2005 N Ф04-8514/2004(6713-А03-33)).

Отказы налоговиков в предоставлении бюджетникам отсрочек по уплате налогов, обусловленных отсутствием бюджетного финансирования, приходится оспаривать в суде (постановления ФАС Уральского округа от 04.05.2007 N Ф09-3124/07-С3, ФАС Северо-Кавказского округа от 13.06.2007 N Ф08-3381/2007-1375А, решение АС Свердловской области от 16.07.2007 по делу N А60-8857/2007-С5). Чаще всего задержки финансирования налогов связаны как с бюрократическими проволочками согласования его объемов, так и с неизбежными при столь сложной процедуре техническими ошибками. Что касается налога на имущество с бюджетников, то его согласование и финансирование в этом году существенно осложнились затеянной переоценкой основных средств. Кроме того, суммы “обмена налогами” зависят от добросовестности поставщиков (покупателей) имущества для казенных нужд. Не секрет, что некоторые из них не прочь подзаработать на таких заказах и продают (покупают) оборудование втридорога, что увеличивает налоговую нагрузку. Так, в связи с переоценкой в 2007 году основных средств и вводом в эксплуатацию новых зданий. Ему удалось “напугать” Минфин своим проектом изменений в Закон “О федеральном бюджете на 2007 год” (постановление Пленума ВС РФ N 32 от 19.06.2007). Судьям дали “добавку” 46318,3 тысячи рублей из резерва, о котором мы говорили выше (распоряжение Правительства РФ от 23.08.2007 N 1108-р). Но бюджетникам пониже рангом могут предложить подтянуть пояса, то есть заплатить недофинансированные налоги за счет других текущих расходов или за счет их скудного “приработка”.

Когда к децентрализованному межбюджетному финансированию (”обмену налогами”) подключена целая армия разномастных участников, квалификация которых, как правило, ниже квалификации опытных чиновников из Минфина, то может получиться, что администрирование за счет бюджета такого перекладывания денег из одного государственного кармана в другой будет в разы дороже самих перекладываемых сумм. Мы уж не говорим о “коррупционноемкости” такого администрирования. Впрочем, если законодатель считает, что “обмен налогами” через бюджетников абсурден лишь для непосвященных, то с “обменом НДС” при взаимозачетах, бартере и расчетах ценными бумагами, который вытекает из нелепой и нечетко сформулированной поправки в п. 4 ст. 168 НК РФ, ему все-таки нужно разобраться как можно быстрее. Причем отменить поправку нужно с момента ее вступления в силу - с 1 января 2007 года. Доходы бюджета от этой непродуманной нормы весьма сомнительны. Зато в случае ее сохранения расходы бюджета на судебные тяжбы контролеров с налогоплательщиками гарантированы.

Выдающийся русский ученым профессор А. П. Рудановский в середине 20-х годов писал: “Пора понять, что баланс есть душа хозяйства, существование котором не менее реально, чем материального инвентаря хозяйства. Баланс можно постичь только умозрением, а нельзя, как инвентарь, осязать в натуре. Обычно хозяйственик осознает в управляемом им хозяйстве только то, что осязает и, самое большее, видит своими глазами”. История возникновения бухгалтерского баланса есть и история возникновения двойной записи.

Мы уже говорили о трактате о счетах Луки Пачоли. Многие положения трактата “О счетах и записях” нашли свое продолжение в трудах Кардано (1539 г.), Манцони (1549 г.), Катрульи (1573 г.), Флори (1633 г.) и других авторов Италии; Импена (1543 г.) - в Голландии: Готлиба (1531 г.) и Швейнера (1549 г.) - в Германии; Ольдкастля (1543 г.) - в Англии.

Появление бухгалтерского баланса одновременно с двойной записью в начальный период диктовалось прежде всего узким практицизмом, стремлением свести весь учет к форме. Характерными признаками этого периода в истории бухгалтерского учета было отсутствие теоретических обобщений, выработанных практикой; неумение авторов разобраться в сущности происходящих явлений во взаимосвязи с экономической жизнью того или иного государства. Bce это сводило весь учет хозяйственных операций , как указывал выдающийся русский ученый А. М. Галаган, к безжизненному формализму, в то время как жизнь шла вперед, формы и размеры хозяйственных операций постепенно менялись и увеличивались и, наконец, хозяйства как экономическое явление достигли таких размеров, что уловить все эти операции с помощью тех примитивных средств, которыми располагала наука счетоведения, пред¬ставлялось совершенно невозможным. Следствием этого стала реакция против установившихся учетных традиций. Этот период охватывает конец XVIII и первую половину XIX века. Этому в значительной мере способствовало значительное развитие производительных сил общества, расширение международной торговли.

Авторам работ по учету в этот период было ясно, что ограничиваться изучением и изложением одной только формы недостаточно, нужны теоретические обоснования тех или иных практических приемов , нужно было во главу угла всего изучения хозяйственной жизни частного предприятия поставить тот фактор, который является наиболее важным в жизни предприятия, и из этой позиции исходить в исследовании деятельности отдельного частного хозяйства. Первым, кто выступил с научно построенной теорией счетоводства, стал Е. Дегранже (1795 г.). Его теория, развившаяся впоследствии в юридическую теорию двойной бухгалтерии, характери¬зуется тем, что главным фактором хозяйственной жизни частного предприятия становится субъект этого хозяйства. Дегранже частое хозяйство предложил рассматривать с позиции собственника. Это положение нашло отражение во многих последующих работах по учету того периода.

Следующий период развития счетоводства - вторая половина XIX и начало XX века, стал по существу этапом его становления как науки. Этому во многом способство¬вали значительные изменения в экономической жизни общества. В этот период в большинстве стран Европы начинает формироваться бухгалтерское законодательство. Этому во многом способствовали появление крупной промышленности, развитие путей сообщения, увеличение оборотов мировой торговли и, что очень важно, возник¬новение рынка ценных бумаг, который резко увеличил число участников рыночных отношений - внешних поль¬зователей бухгалтерской информации.

Для этого периода для большинства стран Европы становится характерным формирование бухгалтерского законодательства, составной частью которого был бух¬галтерский баланс и отчет о прибылях и убытках.

Законодательство многих стран обязывает предприни¬мателей публиковать свои бухгалтерские отчеты, чтобы снизить размер риска со стороны акционеров, инвесто¬ров и других внешних пользователей.